Достоевский во сне

Был мне сон, где присутствовал Достоевский. Но его я не видел, он как-то незримо присутствовал в обстановке сна. О нем там говорили, о нем там думали.

Все происходило в солнечный день у беленых стен малоэтажных домов старого стиля в каком-то заштатном городишке. Стоит два полицейских чиновника в штатской одежде, и обсуждают Достоевского. Я - третий собеседник, которому они доверяют отвлеченные мысли. Обсуждали тему душевных состояний, которые необходимы, чтобы понять Достоевского.

Слова не могут выразить мысли и чувства писателя в полном объеме и в тех же смыслах, которые были основанием для написания произведений. Сам Достоевский признавался, что ему удается в романе выразить только часть тех смыслов, которые он хотел накануне его написания. Но писатель то и после написания произведения знает и чувствует те смысловые и чувственные конструкции, которые подвигли его на создание рукописи. Он с ними живет, обдумывает другие произведения, пытаясь что-то еще выразить.

Вся жизнь Достоевского, в самых даже неподходящих ситуациях, все же пронизана оттенками смыслов, чувств и состояний, которые нам не дано в полном объеме никогда познать, даже если мы изучим все произведения писателя и его жизненный путь, его личность и окружение.

Мои собеседники, понимают величие мыслителя, рядом с которым им приходится жить, и по служебной необходимости присматривать за его жизнью, так как он в свое время был осужден за участие в политическом заговоре, и приговорен к каторге. Они осознают и свою ограниченность в понимании Достоевского, рядом с которым только и могут, что пытаться дотянуться до его ментального уровня.

Более того, мы понимаем, что душевные состояния Достоевского столь уникальны и необычны по своей сути, что другому человеку даже в предельном напряжении понять их сложно и даже невозможно. В истории останутся тени наших лиц только потому, что мы были рядом с этим человеком.

Он несет свой крест, страдая от душевных расстройств и имея тяжелый характер, но вместе с этим, видимо, осознавая те части своей души, которые могут соприкасаться с великим духом истины. Достоевский иногда, возможно, был по отношению к самому себе и отстраненным наблюдателем, созерцая свои душевные процессы, как созерцает утомленный путешественник вершины гор. Вместе с этим он был достаточно силен для того, чтобы воплотить свои видения в произведения искусства, дав своим читателям хотя бы намек на те тропы, по которых ходил сам.

Состояния души, видения иных времен и пространств, взаимодействия с запредельным духов и напряжение в удержании колеблющегося пульса жизни в собственном теле, истощения и частичное умирание во сне или при потере сознания, окружающая действительность со своими требованиями и потребностями …. Что еще в душе человека, который не знает себя, который может что-то сделать уникальное и делает это, который участвует в творчестве жизни, который смертен и грешен?

Словно движение по пересеченной местности в непогоду и ночью, одинокий и утомленный, но иногда осознающий, что где-то есть свет и тепло, где-то там впереди есть рай, и во всем этом есть смысл не только в своей стране, но и за её пределами.